ЦЕРКОВЬ ВО ИМЯ ГЕОРГИЯ ПОБЕДОНОСЦА
НА ПОДВОРЬЕ МИХАИЛО-АРХАНГЕЛЬСКОГО
ЖЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ

История Георгиевского храма совершенно особая. Первоначально он был заложен в 1905 г. в Богородице-Михаило-Архангельском монастыре под Ачаиром, на месте, освященном Святым Иоанном Кронштадтским, при этом праведный пастырь сказал, что «недолго храму стоять на сем месте» («чуется мне, этот храм недолговечен» – в другом источнике). Деревянная церковь была построена на средства купеческой вдовы Дарьи Федоровны Волковой. Церковь была поставлена Дарьей Волковой в память воинов, погибших в Русско-японской войне, в том числе ее сына.

Великомученик Георгий, уроженец Каппадокии, казненный в 303 году при императоре Диоклетиане, является одним из наиболее почитаемых святых-воинов в Византии и Древней Руси. Культ святого Георгия получил широкое распространение в Древней Руси еще в XI в., при Ярославе Мудром. Св. Георгий-воин, небесный покровитель княжеских дружин Киевской Руси, стал геральдическим символом города Москвы.

В ознаменование пророчества отца Иоанна, храм, несколько лет стоявший в Богородице-Михаило-Архангельском монастыре, по особому ходатайству епископа Гавриила перед Священным синодом был перенесен в Омск на подворье Михаило-Архангельского монастыря. Его перевезли на средства акцизного чиновника А.В. Иванова, уступившего для него место недалеко от Загородной рощи на Тюремной улице (сейчас ул. Пятой Армии). Торжественная закладка храма была совершена духовным писателем епископом Гавриилом и известным проповедником отцом Иоанном Восторговым 29 июня 1909 года в день Первоверховных Апостолов Петра и Павла.

Епископ Гавриил (Григорий Васильевич Голосов) (1839 – 1915), управлял епархией с декабря 1905 по март 1911

Епископ Гавриил в своей проповеди во время освящения храма сказал: «…Отныне богослужение, совершенное в сем храме, как и в других освященных местах, да будет для вас во все дни жизни нашей самым лучшим утешением и руководством к нравственному усовершенствованию, к тому, как подобает в дому Божьем жите (Тим. 3,15), как содержать христианские истины во всей чистоте и неприкосновенности, как обучаться христианскому благочестию и оправданиям Божьим (Пс. 125)… И таким образом, устоять всем вместе священный орган к прославлению Господа и к внутреннему наслаждению своим блаженством. Зная это, не будем уклоняться в суесловия, не разумея ни того, о чем говорят, ни того, что доказывают (Тим. 1,7), не будем, как говорит Апостол, оставлять собрания своего, как у некоторых есть обычай. В городе Омске, например, баптисты, оставив наши собрания, устроили свой молитвенный дом и тем соблазняют в свое упование малодушные сердца…»

В епархиальных ведомостях об отце Иоанне писали: «Могучий приятный голос, величавая осанка, искрометный взгляд, отсутствие аффектации, деланности, ясная, выразительная, энергичная, красивая в своей простоте и убедительная речь проповедника невольно увлекали и покоряли слушателей...

Вечер 29 июня, с 6 до 10 часов, был посвящен собранию Союза русского народа имени Михаила Архангела. Местом собрания был храм Епархиального Братства ревнителей Православия, Самодержавия и Русской народности.

С прибытием в собрание Его Преосвященства, протоирей Восторгов в сослужении с городским духовенством открыл заседание молебным пением Первоверховным Апостолам Петру и Павлу и Архистратигу Божию Михаилу. Пел Архиерейский хор и собравшиеся. Торжественная и умилительная была картина. Чувствовалось, что здесь не толпа праздных зевак или митинговое собрание, а именно собрание русских людей, православных, сознательно и горячо жаждущих и чающих услышать веское слово в защиту колеблемых ныне исконных начал Св. Руси. И чаяние сбылось. Взошел отец Восторгов на кафедру. Собрание как бы замерло. И полилась речь витии, речь необычная…

Оратор в кратких, но для всех понятных словах изобразил весь ужас пережитых Россией, а отчасти переживаемых и доселе, бед, что нанесли ей враги нашей родины, под обличием свободы, равенства и братства, и указал на единственный и испытанный уже не раз в годины лихолетий, постигавших Россию, способ избыть беду, дать отпор враждебным силам. Способ этот – объединиться, слиться всем русским людям под знаменем Православия, Самодержавия и русской народности и стоять крепко под тем знаменем, не уступая врагу ни пяди, не смущаясь бесстыдно лживыми и дерзко наглыми выпадами его против всего святого для русского человека, не поддаваясь его заманчивым обманным.

Речь о. протоирея Восторгова произвела на присутствующих неизгладимое впечатление, она показала воочию и людям индеферентным, занятым только мелкими, личными интересами, что враг Веры, Царя и Отечества – враг каждого в отдельности».

Икона «Георгий Победоносец на черном коне» XVI в. Картинная галерея Фонда Поколений г. Ханты-Мансийска

Михаило-Архангельский монастырь был основан вдовой есаула Сибирского казачьего войска Анной Васильевной Казиной, в монашестве игуменьей Евпраксией, в семи верстах от поселка (редута) Пресногорьковской в Петропавлов­ском уезде Акмолинской области. С 1895 года к Анне Казиной стали приходить насельницы в будущую обитель, а в 1896 году она пожертвовала 1203 десятины земли и постройки Духовному ведомству для основания монастыря. Через год был выстроен молитвенный дом и вскоре – в 1901 году – по ходатайству епископа Сергия – Святейший синод зарегистрировал общину. Первым жертвователем стал епископ Григорий, внесший 1860 рублей. В 1909 году монахиня Евпраксия была возведена в сан игуменьи, а через два года награждена Святейшим синодом наперсным крестом. В 1913 году обитель получила статус монастыря. Посреди березовой рощи в десяти деревянных домах и одном полукаменном проживали шесть монахинь и 119 сестер-послушниц, также был дом для священника, а за рвом, окружавшим монастырь была построена гостиница. На территории монастыря были также сад, пасека и огород. Деревянный храм во имя Святой Троицы возвели в 1899-1900 гг., в храме находились две особо почитаемые иконы. Иверская икона Пресвятой Богородицы с частицею мощей Святого Пантелеймона Целителя, перед которой день и ночь горела лампада. А за левым клиросом – икона Сошествия Святого Духа на апостолов на кипарисовой доске с частицей Креста Господня, частицами мощей святого Андрея Первозванного, великомученицы Варвары и святого Парфения епископа Ламсакийского, икона эта была подарена супругами Федором и Елизаветой Долгинцевыми. Монастырь имел заимку и подворье в Кургане и Омске.

Икона «Георгий Победоносец на белом коне» XVI век. Картинная галерея Фонда Поколений г. Ханты-Мансийска

«Каждый монастырь – это святыня, связанная с историей Церкви и государства. Благодарю всех, вносящих лепты на возрождение наших монастырей… Верьте, возлюбленные, – обращался к монашествующим новомученик Иоанн Восторгов, – монашество есть цвет христианской жизни, ее поэзия, ее украшение. Посему велик подвиг вашего жития, доходит до Бога ваша молитва, славно и чисто звание иноческое, и спасительно оно для мира осуетившегося».

Святой новомученик Синодальный миссионер и окружной наблюдатель церковных школ протоиерей Иоанн Восторгов (1866-1918) был тесно связан с Омском, так как здесь он проводил пастырские курсы, столь необходимые для подготовки священников в переселенческие поселки и для борьбы с распространявшимся сектантством. Очередные пастырские курсы проводились с 1 октября 1909 по 1 февраля 1910, на них обучались 100 человек.

В 1908 году, в связи с наплывом переселенцев в Сибирь, выяснилось тяжелое положение в церковном строительстве. В Сибирь был послан синодальный проповедник-миссионер, член Синодального училищного совета протоиерей Иоанн Восторгов. Императором было учреждено особое совещание при Святейшем синоде для забот о религиозных нуждах переселенцев. В связи с этим Переселенческое управление стало кредитовать строительство. В результате на церковно-школьное дело в Сибири было выделено: в 1910 г. – 400000 рублей; в 1911 г. – 525000; в 1912 г. – 1125000; в 1913 г. – 1100000. В суммы, расходуемые на церковное строительство за Уралом, входят и средства фонда императора Александра III. Они получаются посредством сбора в день Святой Троицы по всем церквям России. За 3 года этот сбор дал около 300000 рублей. Таким образом, мы видим, что стабилизация в обществе ведет к возрождению благотворительности. Вышеназванные меры позволили: в 1909–1912 гг. открыть 324 прихода, построить 177 церквей, 67 молитвенных и 120 причтовых домов, 46 церковно-приходских школ. В 1912 г. открыли 130 приходов, построили 146 церквей и молитвенных домов, 170 причтовых домов, выслали в Сибирь 100 походных церквей и содержали 45 церковно-приходских школ, 27 разъездных причтов.

Более ста лет назад протоиерей Иоанн Восторгов в проповеди на 1899 год говорил: «Едва ли мы ошибемся, если назовем именно наше время ищущим… обновления. На пороге ХХ-го столетия наш отходящий в историю век стоит с многими вопросами, со многими язвами, требующими разрешения и врачевания… не наше ли время характеризуется особым разливом преступлений, иногда каких-то диких и необъяснимых, падением основ жизни семейной, общественной, государственной? …И вместе с тем, не в наше ли время наблюдаются отчаянные поиски смысла жизни, свидетельствующие о том, что старые позитивные и материалистические воззрения принесли их последователям тяжелые разочарования и не дали человеку ни радости, ни покоя? … В христианстве почерпнуло силы обновления и возрождения древнее человечество: в христианстве найдет оно их и теперь…»

В четвертой книге «Истории русского народа в XX веке» Олега Платонова, вышедшей в серии «Терновый венец России» говорится о том, что патриотическое движение объединило в себе цвет русской нации.

В работе патриотических организаций принимали участие выдающиеся общественные и государственные деятели, ученые, писатели, люди искусства. Среди них сам Царь Николай II, святые Иоанн Кронштадтский и будущий Патриарх Тихон, архимандрит Антоний (Храповицкий), протоиерей И. Восторгов, протоиерей Михаил Алабовский, архимандрит Почаевской Лавры Виталий, архимандрит М. Гневушев; государственные деятели (министры, члены Государственного Совета и Государственной думы) – И. Г. Щегловитов, Н. А. Маклаков, Русская монархическая партия, которую через полтора года после смерти ее основателя В. А. Грингмута с 1907 года возглавил протоиерей И. И. Восторгов (в 1913–1914 – В. В. Томилин, а затем С. А. Кельцев), в 1911 году была переименована в Русский Монархический Союз, продолжая издавать газету «Московские ведомости». «Союз русского народа», Союз Михаила Архангела, Русская монархическая партия, Астраханский и Одесский союзы были организациями народными, массовыми, охватывая своим влиянием миллионы, преимущественно простых людей, крестьян, рабочих, ремесленников, мелких торговцев.

В 1908 году наряду с этими народными организациями возникает еще одно патриотическое объединение: «Всероссийский национальный союз» (ВНС) – партия националистов.

С 1 по 19 июля 1913 года в Омске проходили миссионерские курсы для духовенства Омской, Тобольской, Томской епархий. Заведующим курсами был о. Иоанн Восторгов. В работе курсов принял участие член Братства о. М. Орлов (лекции по обличению сектантов).

Но дело церковного устроения было прервано самой страшной в истории тоталитарной властью. Протоиерей Иоанн Восторгов стал одной из ее первых жертв. Советская власть ввела жуткую систему заложников. За убийство комиссара Петроградского ЧК Урицкого «в порядке красного террора» были взяты многие тысячи русских заложников-питерцев, подлежавших расстрелу. Списки этих жертв были расклеены на стенах и заборах домов, прилегавших к Гороховой улице № 2, где помещалась ЧК. По всем градам и весям прокатился тот же террор. За покушение на Ульянова-Ленина все россияне были объявлены заложниками. Только в Петрограде было расстреляно 1500 заложников, в Москве – более 300, в том числе бывшие министры внутренних дел А. Н. Хвостов и Н. А. Маклаков, председатель Государственного совета И. Г. Щегловитов, сенатор С. П. Белецкий и протоиерей Иоанн Восторгов, в. Нижнем Новгороде – более 700, в Пятигорске – 160. «За кровь Ленина и Урицкого пусть прольются потоки крови – больше крови, столько, сколько возможно» – тогдашний клич чекистов. И лилась кровь россиян в Киеве и Одессе, Екатеринославле и Харькове: в этих городах было расстреляно более 5000 заложников, а по всей стране десятки тысяч.

Освящение Георгиевской церкви произошло 22 ноября 1909 г. Преосвященным Гавриилом с местным духовенством при большом стечении народа. Храм находился на заселенной северо-западной окраине города, где приход Крестовоздвиженской церкви в тот момент составлял около 10 тысяч человек и играл важную роль в борьбе с сектантством.

В 1912 году священник с. Николаевского Тюкалинского уезда Капитон Чумакин был переведен к подворью монастыря в Омске.

Советский период

В начале 1920 года подворье монастыря на Тюремной улице было передано Отсобесу для размещения детского дома-распределителя. Но Георгиевский храм оставался действующим. С ним связаны послед­ние годы жизни священника Петра Павловича Введенского волею судьбы вовлеченного в революционное движение. Во время мирной демонстрации 1906 года во Владивостоке он возглавил шествие. О. Петр был сослан в Вятскую губернию. Затем его отправили в Гельсингфорс. В 1910-м году он приехал в Омск, работал в светских учреждениях. Позднее он был редактором газеты «Заря», работал в Губпродкоме. Выйдя на пенсию, П. П. Введенский стал секретарем епископа Димитрия, который восстановил его в сане. Служил о. Петр в Георгиевской церкви. В 1923 г. его арестовали. Друзья священника обратились за помощью к председателю губисполкома К. А. Попову, но последний ответил отказом в грубой форме. После освобождения священник болел и умер 30 апреля 1925 года, хоронили его священники Олерский и Малыгин.

Приход храма составлял 211 человек в 1926 г. и 180 человек в 1928 г.

В воспоминаниях омского поэта Виктора Васильева «Детства ослепительный миг…», жившего неподалеку от Георгиевской церкви, с удивительной проникновенностью описана Пасха 1928-го года: «Под колокольный перезвон выхожу на улицу. Это улица Пятой Армии. Направо, совсем недалеко, – корпуса Сибзавода, и над ними возвышается высокая труба, из которой медленно плывет в небеса черно-белый дым. Налево, наискосок, на углу, белоснежная церковь со сверкающим под солнцем крестом на куполе. В обычные дни наша улица полупустынна, а сегодня к церкви и от нее идут люди. Каждый надел самое нарядное. И я иду к церкви, щеголяя своими новенькими ботинками и костюмом тонкого сукна. Взрослые, знакомые и незнакомые, христосуются. У многих в руках сумки и узелки. У самой церкви много народу. Чинно стоят у церковной ограды бородатые старики, не спеша переговариваясь. Бабы, в шалях и полушалках, как всегда, затевают пересуды. Отдельно – молодые мужики и парни. В пиджаках, жилетах, расписанные на вороте рубахи-косоворотки. Начищены до блеска сапоги. У некоторых лаковые – на, мол, смотри, какой я раскрасавец…».

Информация Омокрархбюро, обследовавшего архивы церквей, свидетельствует, что посещаемость церкви в январе 1930 г. возросла за счет притока «лишенцев» – тех, кто был лишен избирательного права, так как считался нелояльным к советской власти. 16 декабря 1930 г. исполнительным органом Георгиевской общины была сдана государству библиотека.

Вскоре церковь была закрыта, с нее сняли купола, снесли колокольню (до 1932 г.). Впоследствии ее разобрали, теперь на этом месте – жилая застройка.